Иконоборчество в Византии

Почему изображения стали предметом спора

В христианских общинах поздней Античности и раннего Средневековья постепенно распространялись изображения священных лиц и евангельских событий. Иконы помещали в храмах и домах, использовали в молитвенной жизни, переносили во время процессий. Одновременно сохранялся вопрос, не противоречит ли подобная практика библейскому осуждению идолов. Для противников изображений риск заключался в том, что верующий может приписать самому предмету качества божества. Защитники икон возражали: изображение помогает обратиться к тому, кто на нём представлен, а не заменяет его.

Спор касался и представления о Христе. Сторонники икон ссылались на его воплощение: если Христос явился людям в человеческом облике, этот облик можно изобразить. Иконоборцы видели опасность в попытке представить соединение божественной и человеческой природы средствами живописи. Эти различия нельзя свести только к борьбе за власть или к неприятию искусства: участники обсуждали вопросы богословия, церковного обряда и отношения видимого к священному.

Исторические обстоятельства

В VII–VIII веках империя пережила серьёзные военные и территориальные потери, перемены в управлении и напряжённую борьбу за безопасность границ. Императоры стремились укрепить государство и одновременно претендовали на существенную роль в церковных делах. В исторической литературе предлагались разные объяснения возникновения иконоборчества: религиозные убеждения правителей, военные поражения, отношения с соседними культурами и внутренние церковные конфликты. Ни одно из этих объяснений само по себе не раскрывает все причины движения.

Традиционное изложение связывает первые решительные действия против икон с Львом III и событием у ворот Халки в Константинополе около 726 или 730 года. Однако сохранившиеся свидетельства поздние и пристрастные, а детали предполагаемых распоряжений императора обсуждаются исследователями. Поэтому начало первого периода точнее описывать как постепенное оформление политики в 720–730-х годах, а не как один безусловно установленный указ.

Константин V и Иерийский собор

Особенно последовательно иконоборческую позицию проводил Константин V, правивший в 741–775 годах. Он участвовал в богословской полемике и стремился придать государственной политике церковное обоснование. Созванный по его инициативе собор в Иерии в 754 году отверг иконопочитание. Позднее его решения не были признаны собором, восстановившим почитание изображений.

В годы противостояния изображения в отдельных храмах уничтожали, закрывали или заменяли другими декоративными мотивами, в особенности крестами. Источники рассказывают и о наказаниях сторонников икон, среди которых заметное место занимали монахи. Однако масштаб преследований трудно восстановить: значительная часть дошедших повествований написана победившей стороной после прекращения конфликта. Следует различать документально подтверждённые действия властей и позднейшие рассказы, насыщенные полемическими подробностями.

Аргументы защитников икон

Одним из наиболее известных богословов, защищавших священные изображения, был Иоанн Дамаскин. Он жил вне непосредственного подчинения византийских императоров и настаивал на различии между почитанием образа и поклонением Богу. В последующие десятилетия схожие доводы развивали другие церковные авторы. Для них икона являлась не самостоятельным предметом обожествления, а свидетельством о воплощении и средством религиозной памяти.

Полемика имела практические последствия. Спорили не только о правилах храмового убранства, но и о домашних изображениях, процессиях, церковном воспитании и отношении к монастырям. Поскольку привычные религиозные действия оказались предметом официальных ограничений, богословские разногласия проникали в повседневную жизнь многих общин.

Никейский собор 787 года

При императрице Ирине, действовавшей в период малолетства её сына Константина VI, произошёл поворот государственной политики. В 787 году собор в Никее отверг иконоборческие решения Иерийского собора и подтвердил допустимость почитания икон. В его постановлениях проводилось принципиальное различие между почтением, оказываемым изображению, и поклонением, подобающим одному Богу.

В церковной традиции этот собор известен как Второй Никейский, или Седьмой Вселенский. Его постановления стали важным основанием для дальнейшего богословия икон. Но прекращение первого этапа конфликта не означало, что все его участники мгновенно изменили убеждения: отношение к изображениям ещё долго оставалось спорным.

Второй период иконоборчества

В 815 году император Лев V возобновил иконоборческую политику. Этому предшествовали военные потрясения и новый виток рассуждений о связи судьбы империи с благочестием её правителей. Вторая фаза продолжалась при нескольких императорах; защитником иконопочитания выступал, в частности, константинопольский монах Феодор Студит. Исследователи отмечают, что обстоятельства этого периода отличались от событий при Константине V, а характер ограничений был неодинаковым.

После смерти императора Феофила в 842 году власть при малолетнем Михаиле III осуществляло регентство во главе с его матерью Феодорой. В 843 году церковное руководство вновь подтвердило почитание икон. В Константинополе восстановление сопровождалось торжественными богослужениями. Эта дата считается окончанием византийского иконоборческого периода.

Последствия для культуры и памяти

Иконоборческие споры повлияли на церковное искусство, выбор сюжетов, развитие богословской литературы и представления о религиозных изображениях. Ряд ранних произведений не сохранился; другие изображения оказались закрыты позднейшими слоями отделки. В то же время неверно считать, будто вся византийская живопись исчезла на столетие: особенности исполнения запретов отличались по местам и эпохам, а отдельные произведения уцелели, особенно за пределами имперского центра.

После 843 года почитание икон стало устойчивой частью византийской церковной практики. Память о его восстановлении получила название «Торжество православия» и сохраняется в православном богослужебном календаре. Историческое значение конфликта шире истории одного обряда: он показывает, как тесно в средневековой империи переплетались богословские решения, государственная власть и художественная культура.

Главное

Иконоборчество было не только спором о живописи, но и столкновением богословских взглядов и представлений об императорской власти. Решения 787 и 843 годов утвердили различие между почитанием изображения и поклонением Богу, оказав долговременное влияние на византийскую религиозную культуру.